Философская деятельность



Философская деятельность, тем не менее, была тоже по-своему практична и конкретна. Философ, к примеру, должен реконструировать текст, в котором «русалка» не была некоторой реальностью, с присущими ей атрибутами существования и физических параметров, но компонентом текста, чей единственный атрибут состоял в этой принадлежности к тексту, «текстуальности», т. е. расположении этого элемента в соответствующем фрагменте текста согласно разработанным ранее структурным схемам Вед. Однако сами эти схемы были скрыты словесной оболочкой Вед, точнее, материализованы в повелительных фразах типа: «Жертвуй!», что вело к неизбывной многоосмысленности Вед. Их истинное значение могло быть уловлено ведическим философом только при учете всего того, что когда-либо случалось с Ведами. Нечто подобное можно заметить в организации современной науки, которая также выступает в роли коррелята системы культуры. Ее «эмпиричности» (например, в квантовой физике) не воспринимаются непосредственно, а находят свое место только в тотальности научной деятельности. И так же, как в науке, философская активность вокруг и по поводу Вед была практически включена в то, что мы называем индийской цивилизацией, выполняя здесь функции ее «культурного идеала».